Великобритания - ЕС: дальнейший путь

Десять лет назад Дэвид Кэмерон, тогдашний премьер-министр Великобритании, выступил с речью в лондонской штаб-квартире новостной организации "Bloomberg". В ней г-н Кэмерон изложил свой хитрый план по закреплению места Великобритании в Европейском союзе, инициировав фундаментальную реформу блока, а затем предложив британцам провести референдум о членстве. Все прошло хорошо. Голосование за выход из блока в 2016 году усугубило экономическое недомогание Великобритании, затормозив торговлю и приглушив инвестиции. Это испортило отношения Великобритании со многими её естественными союзниками и ослабило узы её собственного союза.

Хуже всего то, что это заразило британскую политику разрушительным штаммом "магического мышления". Г-н Кэмерон сам стал первой жертвой, сильно переоценив готовность ЕС изменить свои основополагающие принципы в угоду Британии. Сторонники "Брексита" с самого начала были "под кайфом" от собственной пикси-пыли, независимо от того, представляли ли они выгоды, которые можно получить от выхода из ЕС, или желали избавиться от проблемы ирландской границы. Оставшиеся тоже поддаются на уловки, если думают, что раскол можно просто отменить.

Есть путь к улучшению отношений с Европой? Все большее число британцев считают решение о выходе из блока ошибкой. ЕС хотел бы быть в лучших отношениях со своим трудным соседом. Но для того, чтобы пойти по этому пути, потребуется положить конец "магическому мышлению". Это будет медленный и постепенный процесс, а не импульсивный и революционный. Это будет означать укрепление доверия и консенсуса, а не проведение референдумов по принципу "победитель получает все" и предъявление ультиматумов в Брюсселе. Любой может спрыгнуть со скалы. Взбираться на неё гораздо сложнее.

Для сторонников "Брекзита" это означает признание нанесённого им ущерба. Банк Англии подсчитал, что "Brexit" снизил инвестиции почти на 25% за пять лет до 2021 года. Один аналитический центр считает, что экономика была бы сейчас более чем на 5% больше, если бы Британия осталась в ЕС. Тем не менее, среди сторонников "Брексита" говорить правду по-прежнему является ересью. В декабре консервативное правительство провело скромные реформы в сфере финансовых услуг в качестве дивидендов от "Brexit", когда многие изменения не имели никакого отношения к ЕС. Правительство по-прежнему намерено заменить или отменить все сохранившееся законодательство ЕС к концу 2023 года, цель, которая обещает бессмысленные сбои.

Для тех, кто остаётся, реализм означает отказ от идей воссоединения с блоком. Если бы у "The Economist" была волшебная палочка, он с радостью повернул бы время вспять к 2016 году, когда Британия пользовалась привилегированным статусом влиятельного члена ЕС с множеством отказов. Но на воссоединение будет наложено вето правительствами ЕС до тех пор, пока не будет достигнут прочный политический и социальный консенсус в пользу членства. Опросы показывают, что британцы хотят тесных отношений с ЕС. Но гораздо меньше энтузиазма вызывает Европа как проект политической интеграции. Возвращение к вопросу о членстве сейчас возродило бы ядовитую поляризацию времён "Брексита".

Прагматичный путь к улучшению отношений с Европой вместо этого состоял бы из трёх этапов:
- нормализация. Британия должна нормализовать свои связи с Брюсселем. Риши Сунак, премьер-министр, уже заслуживает некоторой похвалы на этот счёт: осуществляется тихое сотрудничество в областях от Северного моря до миграции. Но это будет иметь мало значения, если он не сможет достичь приемлемой сделки по североирландскому протоколу. Это открыло бы больше преимуществ, от участия в научно-исследовательских схемах до более тесного сотрудничества между регулирующими органами.
- построение. Новое соглашение о торговле и сотрудничестве (tca), заключённое Борисом Джонсоном, будет рассмотрено в 2026 году. Это жизненно важная возможность расширить сделку. Лейбористская партия, которая вполне может оказаться у власти в то время, предложила добавить разумный пакет соглашений, в основном облегчающих передвижение некоторых людей и продуктов питания. Лейбористы должны следить за своей собственной тенденцией к магическому мышлению, которая заключается в предположении, что недостаточно быть тори, чтобы завоевать ЕС. Но с помощью жёсткого дипломатического подкупа можно расширить "tca".
- переосмысление. Ближе ко второй половине этого десятилетия должна начаться работа по переосмыслению отношений между Великобританией и ЕС заново. Вариант “Норвегия” — быть членом единого рынка без права голоса — был бы разумной удерживающей позицией для Великобритании на пути выхода из блока. Но сделка, которая устраивает Норвегию, небольшое, стабильное государство, чей основной экспорт - нефть, газ и рыба, гораздо меньше подходит для такой крупной, агрессивной экономики, основанной на услугах, как Великобритания. Более многообещающим является план, намеченный Терезой Мэй после голосования по "Brexit": углубление доступа к рынкам в таких областях, как товары и сельское хозяйство, в обмен на принятие законодательства ЕС при сохранении автономии в сфере услуг. В конечном итоге может стать возможным воссоединение с таможенным союзом.

Многим это может показаться ещё одной формой "магического мышления". Это, безусловно, было бы трудно для обеих сторон. Для британцев это означало бы отказ от догматического отвращения к законодательству ЕС в пользу более осторожного подхода, основанного на стратегических личных интересах. Для евроскептиков-консерваторов это будет звучать как предательство. Тем не менее, если общественная поддержка их проекта не должна иссякнуть, экономика должна расти. Это требует более глубокого доступа к крупнейшему экспортному рынку Великобритании.

Для ЕС это означало бы смягчение его отвращения к идее о том, что Британия будет отбирать кусочки единого рынка. Но сценарий, которого она когда-то опасалась, - превращение Британии в динамичный Сингапур на Темзе, - далёк. Возвращение Великобритании к режиму ЕС в области химии, сельского хозяйства или государственной помощи было бы благом для блока, который стремится стать регулирующей сверхдержавой. И преимущества более конструктивных и уважительных отношений с Великобританией не только экономические, как продемонстрировала война на Украине с поставками танков.

Индивидуальные отношения с Великобританией также вписались бы в более широкое переосмысление архитектуры Европы. В течение ближайшего десятилетия ЕС необходимо будет обдумать, как управлять стремлениями Украины и западнобалканских государств, которые желают присоединиться. Старым спорам о переменной геометрии и многоскоростной Европе будет придан новый импульс. Установление прочных отношений между Великобританией и ЕС потребует времени, упорной работы и реализма. Но здесь ещё есть простор для воображения.